Dmitri Pat

Аутизм. Работаю экспертом.

Autism. Expert.


Отрывок из произведения «Савант»

Он вздрогнул от неожиданности.

— Тссс. Тихо, тихо, Илюша… Давай я тебе помогу, — она мягко взяла из его рук намыленную мочалку, плотно прижалась, обожгла своим телом. Прошептала, касаясь губами уха, — не бойся, мальчик, все будет хорошо…
Ему действительно было хорошо, очень-очень хорошо. Но, потом Илье стало страшно. Ее красивое лицо вдруг исказилось, она выгнулась и зарычала, обнажив в страшном оскале белоснежные зубы. Ее длинные ногти безжалостно рвали его плечи, руки, оставляя на смуглой коже глубокие светлые борозды, которые быстро наполнялись кровью.

Она словно выкручивала, выжимала его, все сильнее обхватывая ногами, подталкивая к себе, не давая вырваться. Наконец, ее хватка ослабла и Илья смог освободиться из этих переплетений рук, ног, которые, как жуткие щупальца опутывали его. В ужасе он выскочил из душевой, потом, не помня себя, бежал через лагерь, через всю деревню, не обращая внимания на удивленные взгляды людей…

 

Учебный год еще не начался, был конец августа, а Илюша уже почти час сидел в школьном коридоре рядом с учительской и ждал, когда его позовут. Но, ему совсем не было страшно. Цифры, формулы, уравнения буквально стояли у него перед глазами и он с наслаждением перебирал варианты, думал, считал, анализировал и числа послушно вставали на нужные места. Пока ответ не получался, но он уже чувствовал, что решение где-то совсем рядом. Илья, в предвкушении разгадки, ритмично раскачивался на стуле. Он любил это сладкое ощущение поиска, когда еще не связанные между собой условия задачи постепенно сплетались в единую гармонию, в мелодию. Ответ уже был в его голове, но ему хотелось продлить это упоительное ощущение неизвестности, неразгаданности.

Внезапно почувствовал, что кто-то трясет его за плечо — перед ним стояла

его учительница по химии.

— Савельев, ты слышишь меня или нет? — она раздраженно смотрела на него, — что с тобой?

Илюша постепенно приходил в себя, медленно выплывая из своего привычного, уютного мира.

— Так ты слышишь меня? — повторила она и пощелкала перед его носом пальцами с длинными ухоженными ногтями, — в третий раз тебя спрашиваю, мама твоя когда придет, уже больше часа ее ждем?
— Я не знаю, она сказала, что с работы отпросится и придет.

— Вот же навязался ты на нашу голову, — зло прошипела она и, резко развернувшись, зашла в учительскую, хлопнув дверью, которая приоткрылась.
— Да ничего он не знает, похоже, его мать уже не придет, — услышал Илья ее голос, — Вышла сейчас, а он сидит и раскачивается на стуле, как безумный. Этого извращенца нельзя оставлять в школе с нормальными детьми. Давайте исключать и будем расходиться. Пусть в ПТУ идет.

— Ну уж, нет, — послышался голос директора, — завтра я должен отчитываться руководству об этом ЧП. Если бы вы доложили мне в июне, когда все произошло, то дело можно было спустить на тормозах. А теперь эта история получила огласку, мы должны найти виновных и принять меры. Значит, начнем сначала. Вы все, кроме меня, находились в лагере и несли ответственность за поведение учеников. Условия задачи получаются такие. Первое — находясь в нашем лагере, ученик девятого класса Илья Савельев, раздевается догола и бежит через весь лагерь и поселок. Потом его задерживает участковый милиционер, опять же абсолютно голого. Второе — на его плечах и руках обнаружены глубокие царапины. Значит, возможно, над ним издевались, избивали. Третье — мальчишка упорно молчит о том, что с ним произошло. Значит он кого-то боится. Давайте по-порядку, что происходило в тот день, почему ребенок так поступил?
— Да, какой ребенок, парню почти семнадцать лет. А исцарапанный он потому, что в тот день они в регби играли с ребятами из спортлагеря, — вступила в разговор Лариса Павловна, учительница физкультуры, — да и откуда нам знать про его извращенные наклонности, он ведь только два месяца проучился в нашей школе. А может у них там в деревне, где он раньше жил, принято без штанов по улицам бегать. Он же умственно отсталый, это же видно сразу.
— Вообще, это правильно, — оживился директор, — мы не можем знать наклонности этого парня, который пришел к нам только в конце учебного года. Зря мы его вообще приняли, видно было, что мальчишка не нормальный. И это все вы, Юлия Юрьевна. Все носились с ним. Математический гений, математический гений. И вот, что из этого вышло.
Юлия Юрьевна была учительницей математики, и с симпатией относилась к нему. Илюша ждал, что сейчас все выяснится, но Юлия Юрьевна почему-то промолчала.

— Альбина Гумаровна, ваше мнение, — не дождавшись ответа, спросил директор, — вы у нас только после института, первый год отработали. Давайте свежим взглядом, что думаете о ситуации, как у парня с вашими предметами?
Альбина Гумаровна… Она вела в их классе русский язык и литературу. Но, Илья совсем не воспринимал то, что говорит на уроке эта совсем юная, неземная красавица. На ее уроках он просто завороженно смотрел на нее, любовался ею. Несмотря на то, что Илюша всегда отвечал невпопад, Альбина Гумаровна никогда не ругала его и только загадочно улыбалась. И он улыбался ей в ответ. Она вообще была загадочной. Таинственная принцесса из сказки. Илюша отчего-то очень огорчился, когда узнал, что Альбина Гумаровна вышла замуж. Каждое утро он приходил в школу пораньше и смотрел из окна, как ее привозит на машине высокий мужчина, ее муж. И его сердце разрывалось от боли, он не понимал, что с ним происходило и это пугало его. Илюша хотел побыстрее стать взрослым и сильным, чтобы доказать ей. Что он должен был доказать, Илюша не знал. И когда они в лагере играли в регби, то он смело мчался к воротам, как настоящий воин, сметая соперников на своем пути, потому что на него смотрела Альбина Гумаровна. Она стояла среди учителей и девчонок на трибуне, но он видел только ее. Она хлопала в ладоши и восхищенно смотрела на него. И Илюша, снова и снова рвался вперед, посвящая победы своей принцессе.
Ему очень хотелось, чтобы Альбина Гумаровна, не думала о нем плохо.

 

— Я в тот день смотрела, как они в регби играли. Этот Савельев просто дикарь какой-то, смотреть было страшно. Он же не адекватный, — произнесла Альбина Гумаровна, —  А на моих уроках он вообще абсолютно невменяемый сидит. Смотрит своим пустым взглядом, и постоянно отвратительно улыбается. Я даже не знаю, как реагировать. И он все понимает буквально. Я его спрашиваю на уроке: как ты понимаешь поговорку — «в ногах правды нет». А он отвечает, что правда в руках. Представляете? А ведь это ученик девятого класса. Будто малолетний ребенок. Все как по учебнику психиатрии, у него полностью отсутствует образное мышление и интеллект крайне низкий.

 

О том, что правда в руках Илюша слышал от дедушки. Это было полгода назад, еще в деревне. Они с мамой были в гостях, на свадьбе. Мама была веселой, смеялась, танцевала. Наконец, музыка стихла и она снова села рядом с ним, оживленная, счастливая.

— Не бойся, сыночек, я с тобой. Надо же привыкать к людям.

Ему стало легче рядом с ней. В наступившей тишине громко раздался голос дяди Паши, их соседа, который сидел напротив них:

— Танька пляшет с мужиками, а потом еще одного дебила в подоле принесет.

Сначала Илюше показалось смешным, что мама принесет в подоле дебила, но увидел, как у нее мелко задрожал подбородок и заблестели слезинки в глазах. Он понял, что дядя Паша сказал плохое, что он обидел маму. Илья встал и ткнул кулаком в его ухмыляющиеся губы. Ему показалось, что ударил не сильно, но тот вдруг упал и долго не мог подняться, заливая пол кровью из разбитого рта. Илюша думал, что его будут ругать, но дедушка сказал:

— Правильно сделал, Илья. Правда в твоих руках.

 

— Ну и каково будет ваше мнение, Альбина Гумаровна, что предлагаете? — снова услышал он голос  директора.

— После этого гнусного инцидента… Я не представляю, как буду вести уроки в этом классе, — ответила она, — Он олигофрен с грязными наклонностями, которому не место рядом с нормальными детьми, особенно с девушками.
В учительской наступила тишина. А может Илюша уже ничего не слышал, от того, что сильно шумело в голове от отчаяния, от ужаса, от непоправимости произошедшего. Ему опять захотелось бежать, а может даже  умереть от невыносимой боли внутри.
Илью позвали в кабинет.

— Ну, объясни нам, Савельев, почему ты разделся, бегал по лагерю и деревне? — спросил директор.

Илюша молчал. Он сейчас прислушивался к себе и даже замер, чтобы не спугнуть это радостное чувство. Решение, наконец, пришло. Все сложилось у него в голове в красивую упорядоченную мелодию.

— Юлия Юрьевна… Это луч, выходящий из соприкасающихся окружностей…
Директор растерянно оглянулся на учительницу математики:

— Юлия Юрьевна, вы можете объяснить, что происходит?

— Он задачу решил, которую я ему перед педсоветом дала, — тихо ответила она, — Я же говорю, он необычайно одарен. У Илюши абсолютный математический слух. Это просто Чайковский в математике, мальчик слышит числа. Он и раскачивается, когда задачи решает, будто у него внутри музыка звучит. Эта олимпиадная задача высшей категории сложности, а он ее, без записей, в уме решил. Он всегда так решает. Это просто невероятно…

— Вот что, Илья, — голос директора смягчился, — или объясни нам, что произошло в лагере или из школы ты будешь исключен…

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (10 оценок, среднее: 1,60 из 5)

Загрузка...