Евгения Чернышова

Меня зовут Женя, я журналист и историк искусства, получаю второе высшее образование в Петербургской Академии художеств, пишу детскую и взрослую прозу.


Отрывок из произведения «Тундундун»

Знакомство

Петя встретил его, когда собирал клюкву. Наклонился за очередной ягодой, отодвинул лист, схватил клюквину и вдруг слышит:

– Положи-ка на место.

Осмотрелся – кто это говорит? Вокруг нет никого, только ветер шевелит листья багульника. Но клюквину Петя аккуратно положил на место.

– Спасибо, – раздалось снова.

Петя присел и начал вглядываться в пожелтевшую к осени траву. Голос звучал оттуда. Сколько ни смотрел – никак не мог никого разглядеть.

– Эй, – сказал Петя.

– Ну что, – послышался ответ.

– Ты где?

– На коряге сижу.

И снова  – никого нет. Вдруг мох на ветке зашевелился, и Петя увидел нахмурившееся существо размером с ладонь. Малыш был похож на бочонок и грушу одновременно. На лапках бирюзовым переливался мох, мордочка была голубая, а на голове торчала желтая антенка с колокольчиком на конце. Под мышкой он держал крохотный бубен.

–  Клюкву любишь? – спросил малыш, и антенка на его голове звякнула.

–  Не очень-то. Она же кислая.

–  И я не люблю.

–  А почему тогда ее нельзя брать?

–  Настроение у меня сегодня такое.

–  Понятно, – ответил Петя. Помолчал еще немного и спросил:  –  А завтра какое будет?

–  Завтра поглядим.

На нос Пети плюхнулась капля. Он посмотрел на небо. Там тихо ссорились две тучки.

– А клюква… – хотел еще спросить Петя, но незнакомец исчез.

Петя долго искал его в траве, но так и не нашел. Начало смеркаться. Дождь зарядил сильнее. Петя взял ведерко с клюквой и, оглядываясь в темнеющую тундру, пошел домой. Тучки окончательно разругались и заревели. Вокруг стало совсем мокро.

 

Шу

На следующий день Петя снова побежал в тундру и сразу же стал высматривать вчерашнего малыша. В звенящих красках конца августа это было непросто. То тут, то там красные и желтые всполохи листьев бузины и ивняка перебиваются ярко-зеленым. Как среди этой пестроты рассмотреть кого-то нежно-бирюзового цвета?

Такой август Петя видел впервые. За свои восемь лет он привык к совсем другому лету – сухому, жаркому и пыльному. Здесь же в самые любимые Петины летние месяцы иногда приходилось гулять в специальной сетке, спасаясь от комаров и мошек. Он тосковал по далекой Москве, где остались друзья, дворы в раскаленном летнем зное, полные игр и приключений. Но папу-ученого отправили сюда исследовать какие-то особенности почвы и воздуха. В семье у них не любили надолго разлучаться, поэтому поехали в тундру все вместе – папа, мама и Петя.

Петя обыскал всё вокруг. Клюквы снова набрал целое ведерко. По камням допрыгал до озерца, сел на берегу на кочку, ведерко плюхнул рядом. Вздохнул.

– Ты бы не вздыхал зря. У нас от этого в багульнике ветер, – услышал Петя.

Петя оглянулся и раздвинул листья карликовой березки. Тот, кого он искал, сидел под деревцем и держал двумя лапками ягоду голубики.

– Привет! – сказал Петя. – А я думал, голубики уже не осталось совсем. Похолодало.

– Вот у меня последняя, – ответил малыш и аккуратно положил ее рядом с собой.

–  Как тебя зовут? – спросил Петя.

–  Шушаня.

–  А чем ты занимаешься?

–  Тундровик я. За тундрой слежу. Вот ты, например, клюкву собрал, а я учет веду.

–  И сколько же я ее собрал сегодня?

–  Двести пятьдесят три штуки. Плюс десять съел, а пять раздавил.

–  Это я случайно! – воскликнул Петя и подумал: «Дома обязательно пересчитаю».

–  А что-нибудь волшебное умеешь делать? – решил узнать он самое интересное.

–  Я могу шу.

–  Шу? А что это такое?

Шушаня передвинул бубен вперед и застыл. Посмотрел в небо, потоптался немного, нахмурился. А потом как ударит по бубну!

–  Тундундун, – пропел бубен.

Вдруг ягодка голубики запрыгала и – плюх – улетела прямо Пете в ведерко. Смотрит Петя, а ведерко стало полное голубики.

–  Вот это да! – сказал Петя и закинул одну ягодку в рот. – Сладкая!

–  Угу, – Шушаня сидел на мхе и медленно раскачивался из стороны в сторону.

–  А где же теперь моя клюква?

–  Найдется твоя клюква, – ответил Шушаня.

Петя снова заглянул в ведерко и схватил еще две ягодки. Смотрит – а Шушани уже нет.

–  Ау? – спросил Петя.

Но Шушаня исчез.

Дома Петя бросился к маме:

–  Мама, смотри, сколько у меня голубики!

–  Ну и фантазер ты у меня. Это же клюква. Голубика сошла давно.

Смотрит Петя  – а в ведерке и правда клюква краснеет. Сел с мамой ее перебирать – и пересчитал незаметно. Насчитал ровно двести пятьдесят три.

 

Новые дни

–  Я тебя давно вижу тут, – сказал Шушаня на следующий день. – Только почему ты всегда такой невеселый?

–  Мне здесь скучно. Побегать и поиграть не с кем, — признался Петя.

Когда папа сказал, что они поедут в тундру, Петя сначала обрадовался, – не у каждого мальчика в его возрасте случалось такое путешествие. Ему понравилось лететь на самолете, потом еще больше – на вертолете. Интересно было в первые дни – Петю впечатлил их маленький дом, стоявший на сваях, с папой он сходил за несколько километров в поселок, где они пили душистый чай с местными жителями. Но потом папа, который обещал, что расскажет и покажет Пете много интересного в тундре, погрузился в работу. Мама занималась домашними делами и в тундру с Петей тоже ходила редко.

Домик их стоял посреди тундры один-одинешенек.

В одну сторону от него Пете разрешалось доходить до каменных глыб, в другую – до маленького озерца. Именно это пространство папа внимательно исследовал и обозначил как безопасное. Петя собирал ягоды для мамы, иногда встречал диковинных зверей и птиц, но одному было очень скучно. Папа каждый день твердил: «Завтра точно пойдем вместе». И завтра Пете опять приходилось бродить в одиночестве. Хотелось обратно в Москву. По ночам снился звук расшатанных качелей из двора их московской многоэтажки.

–  А я не люблю бегать и играть, – ответил Шушаня. – Я люблю сидеть и смотреть в тундру.

–  Мы же все и так на нее смотрим.

–  Вы смотрите на нее, а не в нее. Вот что ты видишь перед собой сейчас?

–  Какие-то зеленые листья.

–  А это брусничные листья на последнем летнем солнце загорают. Ягоды уже сошли давно, а листья вспоминают их красный цвет и тоже хотят стать такими же красивыми. А я им помогаю. Смотри.

– Тундун! Дун! – ударил Шушаня в бубен.

И брусничные листья вмиг покраснели.

– Здорово! – сказал Петя. – А что ты еще делаешь, когда смотришь в тундру?

–  Много чего. Слежу, чтобы ягоды появлялись в нужное время, направляю ветер так, чтобы он не ломал веточки берез и ивняка, взбиваю снег для леммингов зимой. Направляю ручьи в разные стороны, чтобы они не сталкивались.

–  Неужели ты все это можешь делать?

–  Ха! – усмехнулся Шушаня.

–  Покажи что-нибудь! Пожалуйста!

–  Ну хорошо. Вот видишь – две карликовые березы. Тянутся друг к другу, хотят обняться. Но они обычно очень медленно растут. Поэтому никак не могут друг до друга достать.

– Тундун! – ударил Шушаня в бубен. – Дун!

Веточки берез встрепенулись, потянулись друг к другу и сплелись. Листья их радостно заблестели на солнце.

– За всем присмотр нужен, – задумчиво произнес Шушаня.

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (38 оценок, среднее: 2,53 из 5)

Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *