Роксана Фаер — Мой рок-н-ролл

Мне 25 лет, я журналист-фрилансер. Я родилась и выросла в сельской глубинке. Сейчас временно живу в городе Самара. С юных лет главными моими увлечениями были проза и музыка. В моих планах на ближайшее будущее закончить хотя бы один из своих романов и попробовать его издать. Пишу я много, но хочу довести все свои произведения до совершенства, а это не просто. Мое увлечение музыкой привело меня к созданию рок-группы, которая просуществовала чуть больше года. Это было самое лучшее время моей жизни, не считая тех часов, что я провожу за написанием прозы. Рассказ, который я прислала на этот конкурс сочетает в себе мои главные увлечения — прозу и музыку, а объединяет их любовь.

 

Purple haze all around

Don’t know if I’m comin’ up or down

Am I happy or in misery?

Whatever it is that girl put a spell on me…[1]

Jimi Hendrix — Purple Haze

 

Июнь,2015

I

Мы встретились случайно. Как бы банально это не звучало и сколько бы историй так не начиналось, но все так и было. Кто он такой я прекрасно знала. Однако в мои планы на тот день не входил разговор по душам с фронтменом популярной рок-группы. Хотя, что скрывать я зарабатываю на том, что пишу об артистах. Назвать бы себя светским хроникером, да язык не поворачивается. Я просто журналист, которому жутко скучно писать об итогах уборки урожая и проблемах жилищно-коммунального хозяйства.

Когда я его увидела, он безуспешно пытался купить банку колы в автомате. Видимо, система затормозила и не желала отдавать ему купленный напиток.

— Помочь? – спросила я, подойдя к нему. – Хотя, если честно абсолютно не представляла, чем в этой ситуации я могу ему помочь. Просто я не устояла перед возможностью заговорить с ним.

Он посмотрел на меня отстраненно, но в тоже время, пытаясь определить, видел ли он меня раньше.

— Если только у тебя есть бита, чтобы разбить этот чертов автомат, — наконец убедившись, что не знает меня, ответил он.

— Я же не Харли Квинн[2], чтобы носить с собой биту. Но могу предложить оставить автомат в покое и купить колу в магазине, если, конечно, тебя жаба не душит.

Он облокотился на злополучный автомат с напитками и сказал:

— Не то, чтобы я такой жмот, но я первый раз в жизни решил по-настоящему почувствовать себя человеком двадцать первого века и купить лимонад у бездушной машины, а она нагло сожрала деньги и оставила меня без лимонада. Похоже, я тот еще неудачник.

— Я бы так не сказала.

— Ты знаешь меня? – с явной досадой в голосе спросил он.

— К сожалению, да, — весело ответила я.

— Я удивлен. Ведь меня знают только в узких кругах гитарных задротов и доморощенных гениев, считающих себя реинкарнацией Даймбэга Даррела[3]. Странно, что такая милая девушка в курсе моих скромных начинаний.

Я невольно рассмеялась.

— Мне кажется, ты слегка недооцениваешь своих поклонников.

Он немного помедлил с ответом, изучая мое выражение лица.

— На самом деле я их обожаю, ведь как без них я смог бы так отчаянно сорить деньгами, —  сказал он, указывая на автомат с колой. – Не хочешь прогуляться со мной?

Сказать, что я была удивлена его предложением, значит, ничего не сказать. Я была поражена, польщена, во мне даже вдруг взыграло самомнение. Но я подавила в себе все эти неблагородные порывы и с веселой непосредственностью спросила:

— Что серьезно? Предлагаешь мне прогуляться? Если я соглашусь, то боюсь быть неправильно понятой, ведь я знаю, что ты женат.

На его лице появилась лукавая ухмылка, но она быстро сменилась задорным смехом.

— Можно подумать я приглашаю тебя пройти со мной в номера, где нас ждут ребята из группы, еще парочка горячих девчонок и виски с коксом. Я бы и сам от такого не отказался, но реальность такова, что старые добрые рок-оргии нынче не в моде. Теперь рокеры ведут здоровый образ жизни, ходят в качалку, а некоторые даже бегают по утрам, представляешь? А, если быть серьезным, то не думаю, что поболтать с девушкой на улице о всякой чепухе считается изменой.

— Кстати, о группе. Где же твои верные спутники? Мне всегда, казалось, что вы неразлучное трио.

—  Ребята подустали от гастролей и видят сейчас уже далеко не седьмой сон. А мне все нипочем. Я почти что терминатор.

Он говорил в своей обычной шутливой манере и широко улыбался, но я не поверила его словам. Что-то в его взгляде говорило о том, что гуляет он в одиночестве вовсе не потому, что в отличие от других не устал. Несмотря на внешнюю жизнерадостность и ежеминутную готовность шутить по поводу и без него, что-то с ним было не так. Во всяком случае, мне так показалось или я просто искала хороший повод, чтобы согласиться на его предложение о прогулке.

II

Я сомневалась. С одной стороны у меня была отличная возможность неформально пообщаться с одним из самых виртуозных гитаристов в стране. Но с другой стороны я жутко не любила становиться ближе к тем, кто должен быть недосягаем для простых смертных. Ведь, когда звезда падает с небес, она больше не сияет.

—  Ну, так что? – неуверенно спросил он.

— Почему бы и нет! – незамедлительно отреагировала я. – Может быть сегодня и не твой день, но определенно мой. Когда еще мне удастся вот так запросто поболтать с таким крутым чуваком, как ты!

На его щеках появился легкий румянец.

— А ты умеешь смутить. Ты просто убиваешь во мне брутального гитариста с трехдневной щетиной и немытыми волосами.

Он надел черные солнцезащитные очки, которые до этого держал в руках.

— Теперь меня точно никто не узнает, — рассмеялся он. – Пойдем.

Мы неторопливо шли по тротуару. Солнце пекло не сильно. Было жарко, но терпимо. На пару минут мы остановились у ларька, чтобы купить воды. Потом, не сговариваясь, повернули в сторону ботанического сада.

— Сегодня вы выступаете с симфоническим оркестром на самой большой площади нашего города. Предчувствую, эпичный концерт! — поделилась я своими мыслями.

— О, да! Мы прямо, как группа Scorpions.

— Точно! Обожаю симфонические версии их песен.

— Кстати, чем ты занимаешься, незнакомка?

— Ты не поверишь, но я журналистка.

— Да, ладно! – с неподдельным удивлением произнес он. – То есть это все подстава, и ты хочешь написать обо мне желтую статейку.

— У меня сегодня выходной, так что, пожалуй, не буду писать о тебе желтых статеек.

— А что у журналистов бывают выходные?

— Мы тоже люди.

—  Действительно, — засмеялся он.

— Я смотрю, ты до сих пор не сбежал, значит, все же не боишься последствий случайного знакомства с журналисткой?

— Почему-то мне кажется, что ты не из тех «акул пера», каких стоит опасаться.

— Даже как-то обидно! – весело воскликнула я.

— Я думаю, это был комплимент.

Я зарделась.

— Черт побери! Так не честно, ты меня ненамеренно клеишь.

Мы остановились у какого-то экзотичного папоротника, росшего в явно непривычной для него компании берез.

— Я не специально. Просто я такой обаятельный, что не устоять, — сказав это, он продержался ровно пять секунд и начал смеяться.

— А здесь мило, — решив переменить тему, сказала я, когда он успокоился.

— Где мы вообще?- как будто очнувшись ото сна, спросил он.

— Где-то в ботаническом саду, точнее сказать не могу.

— Может, присядем, я немного устал, — и он направился к скамейке, укромно стоящей в зарослях растения, похожего на плющ, но вполне возможно, что это был вид какого-то дикого винограда.

Я не спеша последовала за ним. Где-то пять минут мы просто сидели в тишине. Вокруг не было ни души. Видимо, мы забрели в ту часть сада, куда не часто заглядывали посетители.

— Так странно…, — произнес он полушепотом.

— Что?

— Сидеть здесь и ничего не делать, — задумчиво ответил он.

Что-то не давало ему покоя, тяготило, и я чувствовала, что он хочет выговориться, но не знает, насколько уместно будет посвящать меня в свои проблемы.

— Ладно, звезда, выкладывай уже, что мучает твое творческое сознание? Так уж и быть, я никогда не выдам твоих тайн. Честное журналистское.

Он посмотрел на меня удивленно, но с благодарностью.

— Ничего особенного со мной не происходит. Как все музыканты, которые хоть чего-то добились, я не хочу это потерять, но и не хочу ради дальнейшего успеха делать то, что не по душе. И эта моя история стара, как мир. Все хотят делать только то, что нравится и еще получать за это бабки. Иногда, чтобы написать хороший альбом нужно время. Два года, а может даже несколько лет. Но о тебе могут забыть, пока ты будешь ваять свой шедевр. И не факт, что забив на гастроли и фанатов, в итоге ты напишешь  что-нибудь стоящее. Какой-нибудь Вася, выучивший на гитаре три аккорда, послушав твой лелеемый годами альбом, скажет, что это полное говно, и не замедлит увековечить свое мнение во всех социальных сетях.

Когда он говорил, лучи солнца падали на его лицо сквозь резные листья зарослей неизвестного растения, и я впервые за нашу случайную встречу увидела в нем не популярного гитариста, а красивого мужчину. Шаблонной его красоту было не назвать, да и на голливудского красавчика он не смахивал, но для рок-звезды был чрезвычайно хорош. В нем было все, что любят девочки с разноцветными волосами и пирсингом во всех мыслимых и немыслимых местах. Эдакий альтернативный принц с гитарой вместо коня. Даже странно, что большинство его поклонников были парнями. Понятное дело, они мечтали играть, как он. Но куда смотрели девушки? Куда делось старое доброе женское сумасшествие по красивым рокерам?

 

Пурпурный туман повсюду,

Не знаю наверху я или внизу,

Счастлив я или несчастен?

Как бы там ни было,  но это девушка околдовала меня

(строчки из песни Джими Хендрикса «Пурпурный туман)

Вымышленный персонаж комиксов издательства DC Comics. Бита является одним из видов оружия, которым Харли пользуется.

Виртуозный гитарист, основатель метал-группы «Pantera». В 2004 году на концерте его застрелил психически больной фанат.

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (9 оценок, среднее: 1,67 из 5)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *