Красилова Алена

Меня зовут Красилова Алена. Родилась и живу в столице Алтайского края в городе Барнауле. С девяти лет пишу стихи, рассказы. Люблю наблюдать за природой, людьми, животными, смотреть на небо и размышлять.

 

 

 

 

 

 

Отрывок из повести «История маленького призрака «

Почувствовала на своих щеках слезы и вернулась в реальность. На кухне все осталось так же: темно-зеленая краска покрывала половину белых неровных стен; старые шкафы выстроились в ряд, пряча в себе различные конфеты и печенья, чаи и хлеб; возле дальнего окна кряхтел сорокалетний холодильник, а у ближнего стоял стол, накрытый цветочной скатертью. Бабушка сидела прямо, будто палку проглотила, и с выражением глубочайшей обиды на лице, Миша ушел, и было слышно, как он шутливо ругал сына, мама погрузилась в прошлое, как и папа. Отец смотрел на улицу, будто видел хоть что-то через сплошные заросли яблонь и желтых роз, и выстукивал на подоконнике — «Все будет хорошо. Все будет хорошо».

Мысль. Я почувствовала её шевеление. Она крутилась у меня в голове, заставляя трепетать в предвкушении догадки. Она была близко. Спасительная мысль была близко. Чем активнее я начну её «ловить», тем дольше не поймаю. Поднялась и вышла на улицу за Темой по его следам: сбитым половикам, видимо, он бежал, сланцы стоят у крыльца, но он точно не в доме.

Я вышла в огород. Зеленые кусты, в листьях которых пробивались розовые малинки, заполонили часть у забора, не давая видеть, что происходит за оградой. Слева покачивались от едва ощутимого ветра веревочные качели, а возле них, по бокам тропинки, ведущей в глубь огорода, пестрели цветы. Красные, розовые, голубые, белые… их ароматы сливались в воздухе, создавая какие-то запредельные запахи. Лори так ухаживала за каждым цветочком, что неудивительно, что они так цветут и благоухают. Из малины и вишни, окруженной этой ароматной радугой, послышался рык, глухой и полный боли.

Я обошла цветы и пробралась к Теме через колючие ветки. Он сидел на земле с закрытыми глазами, подобрав под себя босые поцарапанные ноги.

— Мама. Мама! — шептал он. — Почему он нас оставил?

По щекам брата катились слезы. Он скучал. Скучал по дядь-Жене. И если бы тетя Аня была здесь, он бы забрался к ней под бок, наплевав на всю свою гордость и ответственность. Он считал своей обязанностью оберегать её и быть опорой, но ни в коем случае не опираться на неё самому. Я присела к нему и поглядела на до каждой черточки знакомое лицо. Оно было напряжено, на щеках мокрые дорожки, а слипшиеся от слез ресницы дрожат.

— Сестра за брата, — прошептала я и моя кисть сама застучала по ближнему тонкому стволу вишневого куста.

Тема открыл глаза. Он протянул руку и пару раз стукнул по лежащей рядом доске, приготовленной для ремонта крыши.

— Брат за сестру.

***

Я вывалилась в коридор, прижимая к себе школьную сумку. Старшеклассники, которым я была чуть выше пояса, носились из стороны в сторону, перекрикивались, кто-то сидел на корточках или лавочках возле кабинетов и зубрил предмет, а кто-то просто спал. И никому не было дела до пятиклашки с опухшими глазами и длинными косами. Закончился урок английского, и я опасливо брела к следующему кабинету через толпу «великанов».

Остается пара уроков, и кошмар закончится. Пока брат, который отпугивал всех обидчиков, лежал в больнице, одноклассники взъелись на меня. Каждый считал своим долгом подколоть, позлить, сказать что-нибудь неприятное да и просто случайно ударить.

Весь день я еле сдерживала слезы; учительница кричала на меня, все валилось из рук, опять же — одноклассники, воодушевившиеся отсутствием Темы, и ссора с сестрой на подходе к школе.

Я шмыгнула в кабинет и напоролась на… тишину. Все притихли, были лишь слышны всхлипы с третьей парты второго ряда. Лизка!

Девчонка с кудрявыми темными волосами, отвратным характером настоящей стервы, не самой худой фигурой, но которая почему-то нравится всем мальчишкам (и фигура, и Лизка), сидела в окружении одноклассников и плакала. На мои шаги все обернулись и скорчили презрительные мины. Ну все, мне конец!

Из раздвинувшегося круга выглянула заплаканное лицо одноклассницы. В заметивших меня глаза сверкнула злоба, а слезы брызнули с новой силой.

— Это она тебя обидела?! — самый высокий мальчишка из параллели со светлым пучком причесанных волос, Гоша, склонился над ней и голос его зазвучал угрожающе. По крайней мере для меня.

Хоть большинству из нас было только десять лет, и весь класс иначе как малолетками не назовешь, я понимала, что и ответственности на плечах каждого лежит меньше, будь мы старше. Да и ума, и соображения тоже немного. Так что все это могло обернуться для меня побоями или чем похуже. Они были на это способны.

И тут я машинально потянулась к фиолетово-зеленому синяку в районе правого плеча. Это не осталось без внимания Гоши и Лизы, и глаза их загорелись. Похоже, сегодня придется снова врать маме, что упала… с лестницы… Несколько раз.

Девчонка кивнула, наконец отвечая на вопрос, но вдруг остановила подорвавшегося с места парнишку.

— Не надо, — прохрипела она, — я сама.

Лизка встала, выпятила неестественно большую грудь, и подошла ко мне через коридор выстроившихся ребят. Прямо как в фильме, где все против одного. Против изгоя. Неужели это я?

— Извиняйся! — требовательно скомандовала она.

— За что? — я пыталась показать невозмутимость на лице, но даю процентов минус девяносто пять, что у меня это вышло.

— За что?! Ты настроила против меня, — она наклонилась к моему уху и прошипела, — Артема!

— Ну уж здесь ты сама виновата! — также прошипела я в ответ. Только мне пришлось встать на носочки, чтобы достать до нее.

— Да? — у кого-у кого, а у Лизки сохранять каменное выражение лица получалось изумительно! — И чем же?

— А ты догадайся! — во мне нарастали ярость и гнев. Я отпихнула девчонку, ударив ту по груди и шикнула, — убери от меня свой поролон!

— Что ты сказала? — Гоша все же влез и толкнул меня в ответку.

— Ох, ну извините! Вата, да? Или носки? — я изобразила глубоко заинтересованную в этом вопросе личность, и, кажется, у меня это получилось. Ну, если судить по безумно-взбешенным взглядам моих собеседников. — Знаешь, раз уж на то пошло, лучше прибавлять каждый день одинаковый объем. А то у тебя каждый день новый размер. И смотри, чтобы на физкультуре они не вывалились снова. — я развернулась под обалдевшие взгляды и пошла к своей парте. — Не благодари! Это так, дружеский совет, — я постаралась вложить как можно больше яда в свой голос и, довольная, как кот, сожравший украденный килограмм сметаны, побрела от них подальше. Мой триумф прервал лишь рывок за волосы и злобное рычание за спиной.

— Не смей меня оскорблять! — Лизка кинула меня на пол и пнула в бок. Вдруг она дернула головой, будто что-то вспомнила, и, наклонившись, сдавила синяк. Я замычала и, не сдержавшись, пнула её в живот и вскочила на ноги.

Лизка упала и заплакала. Гоша вмиг оказался около меня и съездил кулаком по лицу в области виска. Не успела я прийти в себя, как обидчик оказался на полу. Перед глазами плыло, в ушах гудело и я видела только как стройный силуэт машет руками в сторону одноклассников и… кричит. С каждой секундой слух улучшался, и вот я уже уловила до боли родные нотки бешенства.

— Тема! — выдохнула я.

Паренек обернулся, замолчал и подсел ко мне. Стоп! А как я оказалась на полу?

— Круто ты её! — усмехнулся брат. — И физически и морально уделала! При чем больше в словесном плане.

Я в ответ лишь вяло улыбнулась. Взгляд расплывался и снова фокусировался. Тема, заметив моё удрученное состояние, помог мне подняться и вывел из кабинета.

— Сильно ударил? — озабочено спросил он. Я отрицательно мотнула головой и получила еще один вопрос. — Почему ты им не врезала как следует? Ты же на Нике практикуешься почти каждую неделю, и в последнее время он стал хорошо отхватывать!

— Ася только поругается, если мы с ним подеремся. А здесь вызовут родителей, будут пытаться вбить в голову, как надо правильно отвечать на такое. Ну и скорее всего я останусь виноватой, ибо у меня мама не социальный педагог и не завуч, как у Лизки, а она уж постарается, чтобы остаться белой и пушистой, — я в безнадежности сжала кулаки. — А что ты тут делаешь?

— Меня отпустили. Только выписку не дают, какие-то проблемы у них, у врачей. А учиться-то надо! Вот мама меня и отправила с кучкой вопросов к Надежде Викторовне. Ну, а я решил к тебе забежать. И не зря, получается.

— Я так рада тебя видеть! — еле оторвавшись от стены, я упала Теме на грудь и слабо обняла. Сил не осталось совсем.

Брат обнял меня в ответ. Одно рукой он поднял мой подбородок и заглянул куда-то в душу. Тьма, застилающая взгляд, на миг отступила перед пронзительной зеленью родных глаз.

— Я всегда буду с тобой! Брат за сестру.

— Сестра за брата. — прошептала я в ответ.

Не знаю, услышал он это или нет. Темнота поглотила меня полностью, и чувство слуха и осязания отключились вместе со мной.

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (58 оценок, среднее: 2,53 из 5)

Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *