Юрий Черныховский

Пишу не выдуманные истории. Увлекаюсь воллейболом, люблю рыбалку и книги.

 

Отрывок из повести «Переправа»

Глава I.

Эшелон шёл быстро и только искры, выскакивали из трубы паровоза, озаряли сухую мглу летней ночи. Капитан  Алексей Супунов стоял, в тамбуре офицерского вагона всматриваясь в темноту. Он думал о многом, думал о том, как он полковник начальник штаба дивизии, в тридцать девятом году, после командировки в Германию, вдруг стал немецким шпионом. Как получил срок, как в сорок первом чудом был освобожден, и был отправлен, командиром учебной роты в Урюпинское пехотное училище. И вот теперь по приказу командующего фронтом его училище в полном составе выдвигается на оборону рубежей города Кропоткина.

Дверь в тамбур резко открылась, с сигаретой в зубах зашел командир первой  роты майор Волохов. Он сделал глубокую затяжку, выпустил дым через ноздри и вплотную подошёл к Алексею.

— Ну что? Как же будем? —  спросил майор,  ухмыляясь.

— Будет, что? – переспросил Алексей жестко.

— Как что, герой Хол-Хингола  будет  воевать со своими хозяевами или сразу сдашься?

Ты же шпион! Был в Берлине, общался с врагом, значит шпион!

— Я не шпион – сказал Алексей в полголоса.

— Не шпион!? Я вижу, и партия видит, все видит!

И что же ты видишь? – спросил Алексей резко.

— То-то и вижу Лешенька, что плевать тебе на устав Красной Армии, обучаешь ты своих курсантов не как партией написано, а как тебе хочется!

Вижу, что прячешь ты в своей котомке, наверно кинжал батьке своего, а он ведь он. У Шкуро сотней командовал, да и ты при нём мальчишкой был, ошивался, возле папашки своего белогвардейской сволочи!

Алексей резким движением руки прижал горла майора к стене тамбура.

— Слушай, Волохов – говорил Алексей почти шёпотом, но чётко и быстро.

— Батьку моего не вспоминай ты ему не судья, да и он тебе тоже, я ещё цыпленком был в гражданскую, и грехи перед советской властью все искупил. А то, что роту свою обучаю не как все, так это чтобы они жить остались.

— Пойми ты! Против  нас, идет дивизия СС  «Викинг». Я видел их в Германии, я видел, как они воюют, они положат за час всех редком и пойдут дальше. А я хочу, чтобы они выжили, чтобы победили. Неожиданно вагон дёрнулся, и эшелон стал притормаживать Алексей разжал пальцы на горле майора. Они оба с тревогой стали всматриваясь в набегающую темноту.

Показались огни костров, вдоль насыпи стояли солдаты и железнодорожники, с усталыми и черными от гари лицами. Эшелон остановился.

А вдоль вагонов уже бежал начальник училища полковник Спиридонов и начальник штаба майор Соловьёв, спотыкаясь и матерясь, они добрели до костра, где стоял командир ремонтной бригады.

— Из вагонов не выходить! – раздалась команда старшины Полетаева, все курсанты училища знали этот голос. А начальник училища и начальник штаба бежали обратно.

— Командиры рот, срочно к начальнику штаба! – раздалась команда старшины.

В линейном вагоне собрались все офицеры училища, полковник Спиридонов обращался к подчинённым:

— Диверсанты. Через 20 минут трогаемся,  начальнику штаба карту.

Майор Соловьев развернул на столе карту.

— Через, полковник посмотрел на часы, через час мы будем на станции Гулькевичи, там произведем выгрузку, и ждем дальнейших указаний,  мы в резерве.

— Я думаю, нас направят, на оборону мостов через Кубань в район станицы Кавказкой. Рубеж наш почти готов, но окапываться все равно придется.

Я думаю, всё же придется.

— Как у нас с лопатами? — старшина

— Роты укомплектованы, все курсанты обеспечены лопатами — бодро ответил старшина.

— Хорошо… о – протянул  Спиридонов.

— Товарищи офицеры – Спиридонов склонился над картой.

— Кругом одна степь, колодцев мало,  жара под 40 градусов, прошу вас сделать запас воды, чтобы у курсантов она была постоянно! Ну, я думаю, ждать долго не придется, немец ударит по переправе, сходу.

А как вы думаете? – Полковник поднял глаза обращаясь к своим офицерам.

— Я думаю, немец ударит сразу, не будет выжидать – сказал Волохов.

— А ваше мнение — капитан? – начальник училища обратился к Супунову.

Алексей подошел к столу и внимательно посмотрел на карту.

Я думаю, товарищ полковник, что немец не будет лоб с марша, штурмовать нашу оборону, а пойдет вдоль реки на Армавир по наименьшему сопротивлению с угрозой окружения наших частей. Для него главное  найти или построить переправу,  чтобы перебросить танки на левый берег.

— Такой переправы больше нет до самого Армавира! – резко перебил его Волохов.

— Будем надеяться, что нет сказал Спиридонов и подумал:

А ведь прав Супунов, ему бы не ротой командовать. И дальше, он четко и громко произнес – Ваше мнение ясно, спасибо товарищи вы свободны. Супунов перешёл в вагон, где  расположилась его 3-я учебная рота. Он тихо, и почти без шумно прошел  через вагон.

В последнем купе сидели  его подчиненные командиры 3-х взводов. Андрей Пивнев, Пётр Суворов и Павел Гаврющенко. И всем было по 19 лет, они воевали,  но по  ранению, после госпиталей, были направлены в училище. Увидев командира они вскочили.

— Сидите  — капитал сел первым.

— Ну, что притихли  «ползунки» вижу по глазам вопросов много ко мне. Ну так слушайте!

— Вы единственные из роты кто  нюхал порох.

— Я на вас очень, надеюсь. Рядом подсел старшина  Полубатько

— Против нас идут отборные части Гитлера, они прошли Францию, Польшу.

И наша с вами задача сделать так, чтобы они никуда больше не дошли, а остались лежать здесь в этой земле. За эти 2,5 месяца я пытался научить вас воевать, в лесу, в степи, в горах, все, что я знаю и умею, я передал вам.

Да, я был с вами не сдержанным, где-то жестким, но я преследовал одну цель — научить вас выжить и победить.

На мгновение он замолчал.

— Будет очень тяжело, через час мы будем на станции, выполнять мои приказы четко и быстро,  с размещением определимся  на месте.

— Всё понятно? Вопросы?

Так, точно! – хором ответили взводные.

— Тише ребят разбудите.

И только,  сейчас Алексей, услышал, даже не услышал, а скорее почувствовал, что вагон не спал, курсанты, эти мальчишки, почти ещё дети,т внимательно слушали своего командира.

На востоке забрезжил рассвет. Станция встретила эшелон запахом гари и ещё сохранившейся прохладной летней ночи. Выгрузка шла быстро, курсанты словно муравьи вытаскивали ящики из вагонов, тащили куда-то в темноту, и снова возвращались к эшелону. Размещением руководил охрипшей, хромой капитан, с красными от постоянного недосыпания глазами. И лейтенант, молодая девушка с огромной косой и кипой бумаг в руках, где она делала карандашом, постоянно какие-то записи. Она подбежала к Супунову и с улыбкой на усталом лице быстро прощебетала: — 1-я и 2-я  роты размещались в здании школы. Ваша рота, размещается в зернохранилище, бывшая церковь, так же склад с боеприпасами, будете нести охрану.

— Отлично, — подумал Алексей хоть от жары спрятаться. Он кивнул и тут же произнес.

— Как вас зовут?

— Лейтенант Климова, Наташа — добавила девушка.

— Давно на войне?

— Три месяца, а разрешите вопрос – подхватила она с улыбкой.

— Разрешаю  — так же с улыбкой ответил Алексей.

— А почему вашу роту, тут все называют «ползунками» Алексей пристально посмотрел на лейтенанта в полутьме он не разглядел цвета её глаз, но почувствовал тепло и ту жизненную силу которое свойственна молодости.

— «Ползунками»? – переспросил Алексей и тут же продолжил – от слова ползать, вот они бегают их видно, начнут ползать их не видно.

Девушка хихикнула и с кипой своих бумаг растворилась в полутьме рассвета. Курсанты проводили её дружным взглядом.

Смотрите, шеи не сломайте, — крикнул Алексей в их сторону.

— Красивая девушка – протянул взводный Гаврющенко и тяжело вздохнул. Выгрузка была закончена.

— Перекурить  и оправиться раздалась команда старшины. Начинается новый день.

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)

Загрузка...