Султан Раев

Писатель, драматург. Народный писатель Кыргызской Республики (2011). Лауреат Межгосударственной премии СНГ (2010), лауреат премии им. Ленинского комсомола Киргизии, премии им. Т.Абдумомунова.

Автор книги «Күн кармаган бала» (1990), «Чаң жол» (1987). Его произведения были изданы на украинском, русском языках. Повесть «Күн кармаган бала» 1993 году была издана на китайском языке в Пекине издательством «Национальная литература». За книгу «Күн кармаган бала» в 1989 году Султан Раев был удостоен звания лауреата Ленинского комсомола Киргизии.


Отрывок из романа «Потоп»

 

…Они приволокли Кхэ к берегу и накрепко привязали его к вынесенному когда-то волнами на берег длинному бревну с поперечиной… Этих намертво обмотал руки и ноги Кхэ найденным где-то куском ржавой цепи. Поначалу Этих, решив привязать Кхэ к этому бревну, долго не мог найти веревку, которой можно было бы связать Кхэ. На всем острове не находилось ни куска веревки. Потом рогатый мальчик притащил откуда-то этот кусок цепи, и Этих этим куском накрепко привязал Кхэ к бревну, обмотав им ему руки и ноги. Стоя над уже связанным Кхэ, рогатый мальчик увидел неподалеку от себя валявшийся на земле небольшой, с метр, кусок корабельного каната, который он тут же схватил и вторым, третьим слоем обмотал им руки и ноги связанного Кхэ… Следящий за ними через прореху в дерматиновом мешке Кхэ увидел, что взгляд сейчас у рогатого мальчика совсем не детский, а серьезный и решительный взгляд взрослого человека…

Подняв крест с привязанным к нему Кхэ, — правое крыло тащила Дуна, левое – рогатый мальчик, а основу, бревно с телом Кхэ, поднял сам Этих, — они притащили его к самому краю обрыва над морем… Они решили сбросить оттуда Кхэ в самую гущу Великой Воды… Притащив крест к краю обрыва, они, содрав с головы Кхэ мешок, уперев основание бревна в землю, подняли крест вверх…Кхэ повис на поднятом кресте…С этой, хоть и небольшой, высоты он вдруг увидел почти весь свой маленький островок, вокруг которого простирался бескрайний, безбрежный голубой океан… Потом Кхэ посмотрел на свою дочь Дуну, посмотрел ей прямо в глаза, пристально, словно ожидая чего-то от нее…но дочь никак не отреагировала на это взгляд отца, и, словно считая, что всё так и должно было закончиться, лишь бросила равнодушный взгляд на висящего на кресте Кхэ… Когда-то, еще до Потопа, Кхэ так же висел на кресте…

Сейчас ему вспомнилось это…

Молнией пронзила его душу мысль о том, что когда-то, давным-давно, Святой Иисус был так же казнен на кресте… Почему они оба кончают жизнь на кресте, это просто совпадение или им обоим изначально так было предначертано? Но, как бы там ни было, Кхэ никак не мог приравнять свою кончину с мучительной смертью Святого… Возможно, всё дело не в схожести казни, а в преданной любви Кхэ к Нему? В это время он не равнял себя со Святым Сыном Человеческим, а видел, что его Вера в Него, рожденная вместе с безграничной преданной Любовью к Нему, даст ему Понимание Его, а через это Понимание – он может зажечь в своей душе Свет, как символ Веры, который он хотел донести до всех, кто рядом…Но можно ли передать Свет сердца — другому сердцу?.. Если одна жизнь примет Свет, сможет ли Святость и Вечность этого Света стать Законом человеческой жизни?.. Но в душе висящего на кресте Кхэ погас этот, с трудом зажженный, Свет, его душу опутала густая мгла… Кхэ винил себя за свое человеческое бессилие передать этот Свет в души, в сердца своих детей, стоящих сейчас, с нетерпением ожидая его смерти, рядом с ним… Это единственное, что не давало Кхэ покоя перед смертью… Если бы он сейчас просил Создателя прощения за свершенные им грехи, он бы попросил простить ему только этот грех… Кхэ много старался зажечь в их душах Свет… Всё это Он видел… Но видел Он и то, что Кхэ не смог зажечь в их душах Свет… Только через этот Свет Кхэ мог доказать Ему искренность своей любви…

Осознание этой своей непростительной вины сжигало душу Кхэ…

… И Его также казнили, но что Он чувствовал перед своей смертью?..

 

 

…Он глядел на небо, на необозримую голубую ширь океана, в душе надеясь, что может быть вдруг, из отдаленного уголка океана, неожиданно налетит свирепый ветер, поднимет высокие волны… Но нет, на небе не видно ни облачка, значит, его смерть неминуема, и его сбросят с этого крутого обрыва… Кхэ не боялся этого, не страшился смерти… Он был тверд, словно всю жизнь готовился к такой кончине… Глаза его дочери Дуны были ясными, как безоблачное небо над головой, и не было в них ни капли сочувствия к своему отцу, висящему перед ней на кресте… И мир вокруг жесток, и дочь его, не ценящее слово «отец» – жестока… Как у искусственных людей в «том мире», нет в ее душе никаких чувств, хоть и глаза у ней большие, но они холодно блестят, как пришитые к кукле стекляшки, ему казалось, что в ее глазах, прямо глядящих на него, не осталось ни лучика настоящей жизни… Ведь чувство всегда — как кровь живого человека, как душа живого человека, это – особая ценность человека; и чувство, и характер, и совесть – всё это главное, что должно оставаться в душе даже издыхающего человека; эта Душевная Пустота дочери –знак Конца Света, знак Всемирного Потопа. Эта Пустота, как червь поедающий деревья, начинает незаметно, тихо вгрызаясь всё глубже и глубже, постепенно она овладевает человеком, отнимая у него всю силу — и его чувства, и его разум, и его характер, и его сердце… всё глубже она вгрызается… Всемирный Потоп первую волну посылает на Сердце человека… Только сейчас Кхэ понял эту неоспоримую истину… Для него сейчас принять Смерть было лучше, чем остаться с ними!.. Эту истину, мировую истину, прочитал сейчас Кхэ в глазах своей дочери Дуны… Оказывается, Всемирный Потоп начинается с человеческого Сердца, чтобы уже потом поглотить, затопить собой всю маленькую планету Земля…

Поднявшись на небольшой холмик возле обрыва, переполненный радостью рогатый мальчик неистово скакал и плясал, высоко держа над головой хрустальный череп… И это не было его мстительным издевательством над Кхэ за то, что он, не переносящий рогатого мальчика, всегда гнал его из своего Святого Дома, браня его иногда при этом, это было упоение радостью оттого, что скоро умрет Человек, и главное – последний Человек, у которого до сих пор не погасла Вера, который свято, с великой Любовью всегда хранил в душе своей благость и милосердие Создателя…

В его сверкающих алмазами глазах читались искушение и похотливость…

Вдруг рогатый мальчик достал из-за пазухи Святую Книгу и принялся с наслаждением вырывать из нее каждую страницу…

Сердце в груди Кхэ замерло, рядом с его связанным телом улетали в воды океана одна за другой страницы Святой Книги…

Горло Кхе перехватило, он мог лишь беззвучно кричать… Вены на нем вздулись, глаза вылезли из орбит, он кричал своим внутренним криком:

— Бойтесь гнева Божьего! Бойтесь проклятия Божьего! – Всё в душе его кипело и бурлило.

Стоящий у основания креста Этих вынул из кармана вещь, которую Кхэ раньше всегда носил на груди, показал ее ему, и со смехом бросил вслед улетающим листам Святой Книги в волны Великой Воды… Связанный Кхэ неистово бился в своих путах, рвясь улететь вместе с листами Святой Книги и вещью, которую неизменно носил на груди… Он хотел броситься в воду… Кхэ, весь мир которого кричал в его глазах, считал унизительным для себя принимать смерть от таких подлых грешников… Сжигая своим взглядом всех вокруг, он бешено орал внутренним криком:

— Бойтесь гнева Создателя! Бойтесь проклятия Создателя!..

Расшатанный Кхэ крест начал крениться к краю обрыва, в сторону Великой Воды… и он сорвался, и полетел по воздуху к Великой Воде, как птица с расправленными крыльями и хвостом, к которым были привязаны руки и ноги Кхэ…

 1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (15 оценок, среднее: 2,67 из 5)

Загрузка...