Куляш Арынова

Арынова Куляш. Родилась в 1965 году в городе Кентау, Южно-Казахстанской области. Ещё учась в школе начала писать, публикуясь в местной городской газете, как юнкор.
Закончив школу, поступила в Алма-атинский экономический университет. Но второе образование, всё же, решила получить более гуманитарное.
Закончила Алма-атинский колледж по специальности » Книжная торговля».
В последние годы стала слушателем Открытой Литературной Школы Алматы. Посещая семинары этой школы, окончив курс, получила сертификат » Проза и Драматургия». Ранее нигде не публиковалась.


Рассказы «Чеченский ветер»

отрывок

В один из дней, у входа в столовую, на большой доске вывесили объявление:

“Товарищи! Просим вас откликнуться на нашу просьбу! В родильном блоке находится женщина в тяжёлом положении (сложные роды). Новорожденный мальчик абсолютно здоров, но не принимает искусственного питания. Если у кого-нибудь из вас остаётся лишнее грудное молоко, просьба сдать его нашим медицинским работникам!” Всё. Я остановилась у доски и перечитала ещё раз и по слогам это жуткое, по сути, послание. Растерянно оглянулась на снующих туда-сюда людей. Никто ничего не замечал и не задерживал взгляда на этом листке. Все были заняты своей, такой благополучной, такой новой и такой другой жизнью. А может, в своём счастье просто не хотели замечать горя… чужого горя.

… — Хоспадии! Да кому ж теперь этот малец будет нужен то?

— Кому — кому… Мож и объявиться кто из родни. У них же всегда полно народу, семьи по десять человек.

— Так то оно так,- да ведь говорят погибли все у неё там, в Чечне то в этой… война там…Вот они все и побежали кто куда.

-Да ты давай хватит лясы точить, вон начальство идёт сюда. Да что-то, видать, не в духе оно.

Пожилые няньки в белых халатах задвигались, подобрались, встречая врача.

— Девчата, слышали? В седьмой палате, третьего дня которую привезли? Плохая говорят, совсем, а ребёнок выжил.

— Здраасьте, Римлинишна!- пропели женщины, сидящие каждая на своей кровати. В нашу палату вошли врач и её свита — все в белом и их лица и руки тоже казались белыми. Ангелы… только крыльев не хватает за спинами. Быстро сделав обход: температуры нет? на что жалуетесь? молоко есть? малыш наедается? Они так же быстро удалились. Похоже, врачам было в тот день не до нас.

В таких местах, как больница, новости распространяются молниеносно. К вечеру уже все знали, что сегодня ночью привезли женщину — беженку из Чечни. Мужа её убило на войне, у всех родных получилась одна общая могила – бомбили их. Она ( пути господни!) именно в это время отлучилась из дома, а когда вернулась…Её кто-то как-то там посадил в поезд и отправил в Казахстан. По дороге “прихватило её”, и когда уже здесь сняли с поезда… В общем, история — как будто сводка новостей с фронта, в фильмах нашего детства о самой настоящей войне.

В фойе стоял старый чёрно-белый телевизор. По вечерам женщины, которые уже готовились к выписке, садились у экрана этого ящика. Вещали только два канала: первый и наш местный. Но новости с этих двух каналов были одинаковые – Союза больше нет. Люди мечутся, не понимая кем быть, и с кем быть. Российские войска, вместо того, чтобы для начала разобраться у себя, бросились помогать братскому, чеченскому народу наводить в порядок у них. Конечно, помощь эта получилась кровавой, какая же война без этого. Поэтому они с упорными боями взяли Моздок и готовятся вступить в Грозный. Мирное население терпит “незначительные” потери…”А в остальном, прекрасная маркиза”…

Весь следующий день я не могла найти себе места, а ночью не могла спать, всё думала, вставала и ложилась, снова вставала. Странное дело. Мне виделась не моя долгожданная, вымоленная дочь, рождённая три дня назад и, безусловно, мною любимая. А ныло сердце по тому крошечному и уже меченному судьбой существу, познавшему ужасы войны и мира ещё в утробе матери.

Вышла в коридор, походила, опять вернулась. Долго стояла у окна. В темноте от дерева отделился чей-то силуэт, застыл в немой композиции, задрав голову, всматривался в окна, прислушивался. Кто-то тоже не спал, с трепетом ожидая рождения новой жизни…

“ Да, — подумала я, — вот это главное. Люди ходят по земле. Одни и те же люди, только с поправкой на время и обстоятельства. И если понять это и крепко запомнить на всю жизнь, то не будет на земле ни смерти, ни страха…”

Снег за окном, наконец, перестал идти. И хотя и земля, и дома, и всё вокруг было покрыто белой пеленой, где-то неуловимо чувствовалось приближение весны — в стекло тихо бился лёгкий, уже не зимний ветерок. “ Наверное, это он и есть,- вдруг почему-то вспомнила я старого Хакана, — тот самый, Чеченский ветер, про который он любил говорить”…

– Чего ты маешься? Молоко испортится, иди спать — проворчала медсестра Лариса, проходя мимо и держа в руках ящичек с какими-то склянками-банками.

— Ларис, а что же с ребёнком?- я кивнула на дверь седьмой палаты.

— А ничего — поставив свои банки на стол, ответила она. – Мать отойдёт вот-вот, сепсис у неё.

А его теперь будут кормить искусственно. Дальше, говорят, в дом малютки будут определять

— Она отдышалась, а потом спросила:

— А те зачем? Ну, подсобила маленько, и хватит. Бог воздаст тебе — Она, не глядя на меня, зачем то стала расставлять банки у себя на столе.

— Ведь никто из баб даже ухом не повёл, не то, чтобы молоком поделиться. Как будто разом все ослепли и оглохли. Но ты ж не обязана кормить его теперь всегда? – Она подняла на меня увлажнившиеся глаза. И, видимо, решив прекратить объясняться, уже строже добавила: — Ну, ладно, иди-ка ты к себе, не мешай тут. Иди спать.

Я посмотрела на Ларису долгим взглядом…

На следующий день, после обеда, когда наступил тихий час, и ходить-бродить по коридору больницы запрещалось, я тихо проскользнула мимо дремавшей на посту сестры. Ощущая тяжёлое волнение и, минуту помедлив, справляясь с колотящимся сердцем, толкнула соседнюю дверь. На кровати лежала женщина, по подушке были рассыпаны светлые русые волосы. Рядом стоял штатив с перевёрнутой вниз бутылкой, оттуда по трубке капала какая-то спасительная жидкость. В бледную безжизненно лежащую поверх одеяла руку была вставлена игла. Однако глаза были открыты и спокойно смотрели на меня. “Какое красивое, будто нарисованное у неё лицо. Горянка”,- успела подумать я и подошла к ней.

— Вы говорить можете? Вам что-нибудь нужно?

— Нужно,- тихим и неожиданно твёрдым голосом сказала она, как будто ждала меня.

… А знаешь ли ты, сын, что у ветров есть свои имена? К примеру «Бора» — сильный южный ветер, «Мистраль»- ветер, который дует с моря во Франции, « Кимбур» — восточный ветер, где-то на побережье Чёрного моря. В нашей местности очень не любили ветер «Чилик», холодный, неспокойный, от которого многие чувствовали себя плохо. Но есть на свете тёплые, ласковые ветра. Они тихо перебирают зелёные кроны деревьев, чуть-чуть шевеля широкие, как ладони, листья винограда и приносят людям счастье…

А когда меня с пристрастием спрашивают: “Это дочка твоя? Ну, красавица, что сказать. И сын у тебя тоже…ну прямо писаный. Двойняшки, говоришь? Ну прям оба, как с картины. Только чёт сынок у тебя с лица маленько другой как будто, а? В кого эт он такой? А зовут как? Эмин? Это имя такое?” Я улыбаюсь в ответ и говорю: “ Мне его Чеченский ветер принёс…”

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (15 оценок, среднее: 1,93 из 5)
Загрузка...