Зотова

3 диплома, 3 языка, рисую, пишу. Занимаюсь въездным туризмом в Россию для иностранцев. Брендинг, продвижение депрессивных территорий, экспорт. Построила музей.

 


Отрывок  из произведения «Остров летающих собак»

От моря тянуло холодом. Ветер дул, и только забытые бетонные балки торчали на острове. На них сидели толстые чайки и пронзительно верещали. Никто не жил здесь. Люди ушли давно, еще в 1989 году, бросив дома. С тех пор как развалился Советский Союз, только бетонные коробки и железо напоминали о том, что здесь когда-то жил человек. Только ветер остался на острове, голодный и злой, холодный, сбивающий с ног.  Остров летающих собак – так его звали. Так его зовут сегодня. Отныне никто сюда больше не едет: нет электричества, отопления, нет рыбаков, нет военных баз и даже маленького порта. Старая заброшенная пристань напоминает о людях. Это еще хуже Припяти, где был атомный взрыв и собственно понятно, почему люди ушли – их просто вывезли; это хуже Воркуты, где все-таки осталось несколько тысяч жителей, когда при крахе Советского Союза были закрыты почти все угольные шахты – только парочка еще пыхтела и кормила остатки города. Здесь были пустота и смерть. Нравственная смерть, смерть страны, несопоставимая со смертью одного острова, но ужасная в своем доказательстве, как смерть великой державы, пусть даже в виде маленького островка.

Я приехала на остров случайно. Меня влекли заброшенные места. Типичный сталкер, 20 лет от роду, я ехала за новыми необычными ощущениями. Не застав Советский Союз, мне были интересны покинутые города, построенные в то далекое время, время счастья, надежд, мечтаний и свершений. Ведь самые известные советские открытия были совершены в период Советского Союза.  И, вспоминая рассказы моих бабушек и дедушек, всех четверых вместе взятых, я отчетливо видела счастливые стройки и радостные лица моих ровесников, строящих счастливое будущее для своих детей. Мне хотелось увидеть, что раньше заставляло моих ровесников уезжать на Дальний восток, в Мурманск или в Среднюю Азию. Посмотреть на эти места.  И я выбрала самое интригующее название бывшего населенного пункта для моей первой дальней поездки – Остров летающих собак.

Со мной поехали друзья: Коля, студент архитектурной академии, Маша, студентка медицинского, Славик, аспирант Уральского федерального университета и Надя, местная художница. Все мы были в клубе сталкеров Екатеринбурга, который назывался «ДУМ». Облазив все местные достопримечательности, мы решили двинуться дальше. Мы были и в заброшенных шахтах, в глубоких колодцах, в старых заплесневелых тоннелях, в пещерах, ездили на сплавы, на заброшенные металлургические заводы, видели плотины 18 века, брошенные села, куда мы приезжали в полном обмундировании, с топорами и ломами, чтобы, по возможности, проникнуть в покинутые дома. И теперь это была наша первая совместная поездка в такую даль.

— Почему летающие собаки? – спросил меня Коля.

— Потому что их ветром сдувает, – многозначительно ответил Славик. – Верно, Олесь?

— Верно. Я читала об этом. Домашних животных на острове не держали, и собак не было никогда. Люди ходили, держась за перила, которые были протянуты вдоль всех дворов острова. Защищались от ветра. В карманы еще клали тяжелые замки или кирпичи, чтобы не сдуло. Иногда пристегивались тросами по типу страховочных веревок, какими пользуются альпинисты.

— Офигительно классно, – восторженно присвистнул Коля, – едем туда. Я, впрочем, хотел на Алтай  – мне до чертиков охота посмотреть на секретную дорогу, которой нет ни на одной карте современной России, чтобы пробраться к закрытому поселению. Или махнем в Магнитогорск, чтобы проникнуть в подземный город, хотя бы на чуток – ты же слышала про бункер около горы Ямантау (Гора Дьявола), который вмещает сорок тысяч жителей? – спросил Коля. – Я читал, что вокруг горы в лесу, не смотря на статус национального парка,  полно военных, которые изымают у туристов все:  и видео, и фототехнику, и выгоняют, насильно выводя к большой дороге.

— Слышала-слышала. Решено уже. Мы билеты купили. Если менять – лишние расходы, – благоразумно заметила я.

Это был момент, когда мое благоразумие мне изменило и отвернулось от меня, ушло, убежало в прямом смысле этого слова. И мы поехали на остров.

А собаки на острове все-таки были, жившие на цепи и не знавшие страха быть унесенными ветром.

Плацкартный вагон мерно трясся, везя в ночи необъятной России наши уставшие тела: мы, все пятеро, были с большими рюкзаками и пока дотащились до железнодорожного вокзала, были совершенно обессиленными. Тук-тук – стучали колеса. Похрапывал Славик на верхней полке, спал Коля, а мы с девушками сидели над картой, включив карманные фонарики. Разбирали маршрут и думали, как же нам добраться до острова по прибытии в Мурманск.

— Ходят катера, – предположила Надя.

— Не ходят, заказывать надо – это хренова куча денег, – оборвала ее Маша. – У нас и так экономия.

Маша вообще была девушкой резкой, как на язык, так и на руку.

— Мы приедем и поспрашиваем местных, раз информации нет, а местные жители лучше знают, – сказала я. – Все равно ведь уже почти на месте. Главное – до Мурманска добраться.

Утром в туалет выстроилась привычная очередь. Умывшись и добыв кипяток, мы сели завтракать. Мальчики заваривали китайскую лапшу, предварительно настрогав туда колбасу и налив майонез, а мы делали обыкновенные бутерброды. И заваривали кофе в пакетиках. Я вообще не могла без кофе. Пила его кружками. Учебы было много, и часто после пар я ложилась спать днем. Просыпалась уже к вечеру, когда темнело. И сидела всю ночь, занималась. Кофе помогал преодолеть ночные часы. И, что странно, я все-таки быстро засыпала после кофе, как после кружки теплого молока.

За окном менялся пейзаж. Густые богатые уральские леса сменяли жидкие московские подлески, а за Петербургом уже чувствовался север с маленькими деревцами и кустарниками.

Мурманск встретил нас холодным ветром, но ясной погодой. Морской порт был оживлен: по большей части здесь были военные и грузовые суда, также промысловые баржи, но пассажирских лайнеров не было видно.

— Это не круиз по Средиземному морю, однако, – заметила Маша.

— Да, диковато. Одни военные или рыбаки,  – согласился Слава.

— Мы ездили в круиз с родителями,  – добавила Надя,  – от Англии до Франции. – Там – праздник, а здесь – настоящая жизнь. Мне у нас больше нравится. Все живое, можно рисовать, настоящее все.

— О, Надежда, твори! Такая возможность! – кривлялся Коля. – Рисуй или пиши, или по дереву выжигай!

— Помело, – добродушно среагировала Надя.

— Мне он такое никогда не скажет,  – добавила Маша. – Получит. И погрозила Коле кулаком.

Тем временем мы со Славой обсуждали, что делать дальше: или переночевать в Мурманске  и вечером поспрашивать про трансфер на катере до острова, или ехать сейчас. В итоге решено было ночевать в местной гостинице, закупить вечером продукты, проверить палатки и остальное снаряжение, купить запасные батарейки и веревки. И прогуляться до местного порта – узнать, что и как.

Мы нашли гостиницу категории две звезды и сняли два номера: двухместный для мальчиков и трехместный для девочек. Ужин в кафе на первом этаже был очень приличный – мы ели оливье и суп харчо, и гуляш с пюре. Потом пили кофе с пирожными. Мальчикам показалось мало, поэтому наши мужчины приобрели по бутылке пива и добыли на рынке около гостиницы вяленую рыбу. Вкусно, но запах! Особенно после пирожных.

— Как в вас все вмещается, – презрительно сказала Маша. – Гадость! Вы привкус не чувствуете во рту? Вам как? – ехидничала она.

— Попробуй, какая рыбка! Ах, вырви глаз, какая вкусная, понюхай! – мальчишки совали Маше рыбу, за что в итоге получили по носу.

— Больно, – обиделся Коля.

— За дело. И она права, – согласился Славик. – Главное, чтобы на носу синяка не было. Бывают синяки на носу?

Мы смеялись и не подозревали, что это был наш последний вечер вместе.

Вечерняя набережная Мурманска была освещена десятками фонарей. Некоторые суда тоже горели огнями. Было светло – маленький островок света посреди темного северного моря. Мы прогуливались вдоль моря туда и обратно, попутно останавливаясь, чтобы узнать, как доехать до Острова летающих собак. Не смотря на то, что было не поздно, северная морская темнота делала свое дело, и народа было очень мало. Может быть, это был знак, который советовал не ехать: нет никого, нет проводников и, следовательно, нет дороги. Но на знаки судьбы мы обращаем столько же внимания, сколько на надоедливого комарика. Большинство из нас точно. Так и мы, преодолевая очередную неудачу, все ходили и ходили, бесплодно разыскивая кого-то.

 

 

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (4 оценок, среднее: 1,50 из 5)
Загрузка...